Абрам Юсфин о вкусной и здоровой… музыке. Публикация 2

24.06.2009 | Темы: , | Раздел: статьи

Или другой «эксперимент» — давнишний концерт в Амстердаме, когда публику из концертного зала вывезли на автобусах за 50 километров от города, а в это время в отсутствие всех оркестр играл Пятую симфонию Бетховена.

— Как не побили организаторов того концерта...
— Я на себе однажды нечто подобное испытал. Меня пригласили читать лекцию о современной музыке — это было лет 20 назад в Союзе композиторов Армении. Вышел на сцену, сказал, что сейчас публика услышит коллективное сочинение для композитора и публики. Сел на стульчик, включил магнитофон — и тишина. В зале у меня были знакомые, которые, как мы условились, начали кричать: «Что за безобразие! Не морочьте нам голову!». Потом уже весь зал вопил благим матом. Прошло 6 минут, я говорю: «А теперь послушаем произведение, которое мы сочинили». И включил запись этих возмущений. Все очень веселились.
снять квартиру на сутки
— Множество людей слушают тишину постоянно — я говорю о глухих...
— Можно так устроить слушание музыки, что глухие будут воспринимать ее. Меня однажды пригласили прочитать для глухих лекцию о музыке. Я был очень раздражен: как это — для глухих?.. Когда вошел в зал, картина была такая: представьте себе что-то вроде лежанок, на них — люди, которые прикасаются затылками к бревнам, от этих лежаночных бревен идет еще одно, общее, бревно, которое встроено в пианино. Такое звукопроводящее устройство.

Глухие музыку воспринимают — только не звуки, а ритм и вибрацию. А в этом много того, что дает представление о музыкальном произведении.

— Вернемся от тишины к музыке. Это сейчас она повсюду, а когда-то «за музыкой» нужно было приходить в определенные места.
— Да, когда-то музыкальный фон был строго локализован: в церкви, в концертном зале, дома и на светских развлечениях. Сейчас действительно музыка повсеместно. И возникает страшное явление: человеку довольно быстро становится мало привычного звукового воздействия, нужно более сильное. Это как алкоголь: сначала 5 градусов, потом 11, потом 40. Отсюда культ громкости и жесткого ритма. И то и другое выполняет одну функцию — это гипервозбудитель, сильное средство для воздействия на психику. Заметили, как громко люди стали разговаривать? Это одно из последствий.

— Интересно, на какой громкости разговаривали люди в XIX веке, как громко Пушкин говорил?
— Примерно могу себе представить. В петровские времена после раскола церкви часть обитателей юга России сбежали в Турцию. И там образовалось три села — причем русские не учили турецкий язык, просто выдвигали из своей среды толмача.

Они прожили на той земле до 1949 года, когда их позвали в Советский Союз. И вот они приехали, и я общался с этими милейшими людьми. Они разговаривали на старом языке, который не менялся из-за замкнутости среды. И они говорили почти шепотом! Их миновало это постепенное «угромчение» жизни.

— Получается, что мы будем орать все громче и громче? Или новые технологии будут приглушать ненужные шумы.
— А может быть, с помощью новых технологий информация будет напрямую транслироваться в мозг. Проводились опыты, и они показали, что люди, живущие рядом с радио- и телестанциями, могут воспринимать звучание и без приемника. Еще в 1920-е годы украинский ученый Кажинский, изучавший телепатию, говорил, что в мозге есть система, чем-то напоминающая радиоприемник. В конце концов, я могу себе представить, что мы научимся управлять этим: самостоятельно «отключаться» от тех звуков, которые нам не надобны, и слушать, что нужно.

— Ну, это фантастика...
— После того как обнаружилось, что каждая наша клетка — зародышевая, из которой можно сделать клон... я ничему не удивлюсь.

— Абрам Григорьевич, вы написали книгу про музыку «полезную», стало быть, есть и «вредная»?
— Есть, но она вредна не потому, что специально такой сделана, а потому, что в ней использованы элементы, приносящие вред. Жесткие ритмы, большая громкость. А если музыка бездарна, то это вредно уже само по себе. Постоянно слушать песни, спущенные с конвейера, проштампованные, — это как переносить операцию, которую делают тупым ножом.

— И тем не менее что-то это бесконечное «ту-дум, ту-дум» дает, раз это слушают.
— Они... «эмоционализируют». В Древнем Вавилоне придумали лотерею: если покупаешь металлический или кожаный квадратик, то что-то выигрываешь. Кому-то пришло в голову, что можно сделать квадратики «с проигрышем», — вавилоняне сначала проявили больший интерес к лотерее, но и это им надоело. Кто-то сообразил, что одним из проигрышей может быть тюрьма, — и опять на время интерес к игре повысился. Наконец, придумали лотерею, в которой можно было выиграть деньги, можно было их проиграть или даже попасть в тюрьму. Проигрышем была даже собственная жизнь. И эта игра оказалась наиболее привлекательной для публики. Большой риск вызывал бурю эмоций.

Музыка — это один из примеров того, что дает нам какой-то заряд, но в то же время является средством самоубийственным. Мы ведь не осознаем, что это воплощение той же лотереи — получение удовольствия, которое мы осознаем, и неочевидного, но серьезного вреда организму. А неудовольствие, которое испытывают от нашей музыки другие, подобно тому, что чувствуют некурящие в окружении курящих.

— Все равно не понимаю, почему организм сам не отвергает «вредную» музыку?
— Есть жаргонное слово «балдеть», я его использую как научный термин; оно удачно характеризует состояние, в которое вводят эти механические повторы — ритмические, мелодические и словесные, жесткая динамика, агрессивная манера исполнения. Все эти средства, близкие к шаманским песнопениям, в современной попсе действуют наркотически.

Нравится не музыка, а то, как она действует. Никто еще не говорил, что водка — чрезвычайно вкусная жидкость. Но пьют ведь.

Источник: http://www.peacefromharmony.org/?cat=ru_c&key=37

Владельцам авто на заметку: ремонт генераторов киев можно смотреть на autoremont-lb.com.ua.

Вы читали: "Абрам Юсфин о вкусной и здоровой… музыке. Публикация 2"


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *